--------------------
Фредерик Браун. Немного зелени...
Пер. - З.Бобырь.
Fredric Brown. Something Green (1951).
========================================
HarryFan SF&F Laboratory: FIDO 2:463/2.5
--------------------
Огромное темно-красное солнце пылало на фиолетовом небе. На горизонте
за бурой равниной, усеянной бурыми кустами, виднелись красные джунгли.
Макгэрри направился к ним крупным шагом. Поиски в красных джунглях
были делом трудным и опасным, но совершенно необходимым. Макгэрри уже
обшарил сотню таких зарослей; на этот раз ему предстояло осмотреть еще
одни.
- Идем, Дороти, - произнес он. - Ты готова?
Маленькое существо с пятью конечностями на плече у Макгэрри ничего не
ответило - впрочем, как и всегда. Дороти не умела говорить, но к ней можно
было обращаться. Какая-никакая, а все же компания. Дороти была такая
легкая, что вызывала у Макгэрри странное ощущение: как будто на плече у
него все время лежит чья-то рука.
Дороти была с ним вот уже.... сколько лет? Не меньше четырех. Он
здесь уже лет пять, а Дороти с ним, наверное, года четыре. Он причислил
Дороти к слабому полу только по тому, с какой мягкостью она покоилась у
него на плече, - словно женская рука.
- Дороти, - продолжал он, - мы должны быть готовы ко всему. В
зарослях могут оказаться львы или тигры.
Он отстегнул висевшую у пояса кобуру и крепко стиснул солнечный
пистолет. В сотый раз он возблагодарил свою счастливую звезду за то, что
при аварии ему удалось спасти бесценное оружие, практически вечное.
Достаточно было подержать пистолет часок-другой под солнцем - под любым
ярким солнцем, чтобы он начал поглощать энергию, которая выделится потом
при нажатии курка. Без этого оружия Макгэрри наверняка не смог бы
протянуть пять лет на планете Крюгер-3.
Не успел он дойти до красных джунглей, как увидел льва. Разумеется,
это животное ничем не напоминало земного льва. У него была красная шкура,
не очень заметная на фоне бурых кустов, в которых он прятался, восемь
мягких лап, гибких и мощных; чешуйчатая морда заканчивалась птичьим
клювом.
Макгэрри назвал это чудовище львом. Но с тем же успехом он мог бы
назвать его и иначе, потому что у него еще не было имени. А если оно и
было, то его "крестный отец" не вернулся на Землю рассказать о флоре и
фауне Крюгера-3. Судя по официальной статистике, до Макгэрри здесь
опустился только один корабль, но стартовать отсюда ему так и не пришлось.
Именно его и разыскивал Макгэрри, искал все эти пять лет.
Если ему удастся его найти, быть может, там окажется электронная
аппаратура, которая разбилась у Макгэрри при посадке. И тогда он бы смог
вернуться на Землю.
Он остановился шагах в десяти от красных зарослей и прицелился в то
место, где притаился зверь. Нажал курок, последовала ослепительно зеленая
вспышка - один только миг, но какой прекрасный миг - и кусты, и
восьмилапый лев исчезли бесследно.
Макгэрри удовлетворенно хмыкнул.
- Ты видела, Дороти? Она была зеленая, а только этого цвета нет на
твоей кроваво-красной планете. Зеленый цвет - самый чудесный цвет во всей
Вселенной. Я знаю зеленую планету, и мы с тобой скоро полетим туда.
Конечно, полетим. Это моя родина, Дороти, она прекраснее всего на свете.
Она тебе наверняка понравится.
Он отвернулся, окинул взглядом бурую равнину, усеянную бурыми
кустами, распростершуюся под фиолетовым небом, в котором пылало
темно-красное солнце, всегда темно-красное солнце Крюгера. Оно никогда не
уходило за горизонт, так как планета была обращена к нему только одной
стороной, как Луна к Земле.
Здесь не было ни дня, ни ночи, если ты не пересекал границу между
дневной и ночной стороной планеты; а на ночной стороне было так холодно,
что никакой жизни там быть не могло. Здесь не было и времен года.
Температура постоянная, всегда одинаковая: нет ни ветров, ни гроз.
Снова и снова, в который уже раз, ему пришла в голову мысль, что жить
на Крюгере-3 было бы совсем неплохо, если бы только тут время от времени
встречалась зелень, как на Земле, если б можно было увидеть хоть что-то
зеленое, кроме вспышки солнечного пистолета. Тут легко дышится,
температура колеблется от 5 градусов Цельсия у терминатора до 30 на
экваторе, где лучи солнца падают вертикально. Пищи сколько угодно; он
давно уже научился отличать съедобные виды животных и растений от
несъедобных.
Да, это была превосходная планета. В конце концов Макгэрри примирился
с мыслью, что он здесь - единственное разумное существо. Ему в этом очень
помогла Дороти: как-никак, есть кому излить душу, хотя Дороти не могла ему
ответить.
Вот только - боже мой, как бы ему хотелось снова увидеть зеленый мир!
Земля... Единственная планета во Вселенной, где преобладает зеленый цвет,
где хлорофилл - основа всего живого.
На других планетах, даже на планетах Солнечной системы, по соседству
с Землей, только изредка встречаются на скалах зеленоватые полоски мха,
скорее даже зеленовато-бурые. Можно жить на этих планетах годами и ни разу
не увидеть ничего зеленого.
При мысли об этом Макгэрри вздохнул и начал думать вслух, обращаясь к
Дороти:
- Да, Дороти, Земля - единственная планета, на которой стоит жить!
Зеленые поля, зеленые луга, зеленые леса... Знаешь, Дороти, если мне
удастся вернуться на Землю, я больше никогда не покину ее. Построю себе
хижину в дремучем лесу. Но нужно будет выбрать полянку, где почти нет
деревьев и где бы могла расти трава. Зеленая трава! И хижину я тоже
покрашу в зеленый цвет.
Он снова вздохнул и посмотрел на красные заросли прямо перед ним.
- Что ты сказала, Дороти? - Дороти ничего не сказала, но Макгэрри
часто делал вид, что слышит ее вопросы; эта игра помогала ему сохранить
рассудок. - Женюсь ли я по возвращении на Землю? Ты спрашивала меня об
этом, да?
Он помедлил с ответом.
- Кто знает? Может быть, да, а может, и нет. Помнишь, я говорил тебе
о женщине, которую оставил на Земле? Мы должны были вскоре пожениться. Но
пять лет - это очень долгий срок. Наверное, объявили, что я пропал, а
может, и погиб. Вряд ли она будет ждать меня. Конечно, если она меня
дождется, я на ней женюсь... А если не дождется, что тогда? Ты хочешь
знать? Понятия не имею. Но зачем волноваться прежде времени? Конечно, если
бы я нашел зеленую женщину, или хотя бы зеленоволосую, я бы влюбился в нее
до потери рассудка. Но на моей планете почти все зеленое, кроме женщин.
Он усмехнулся в ответ на собственную шутку и с пистолетом наготове
вошел в заросли, в красные заросли, где не было ничего зеленого, лишь
изредка озаряли все вокруг зеленые вспышки его пистолета.
Может быть, помимо присутствия Дороти, он не помешался еще и из-за
этих выстрелов. Несколько раз в день он видел зеленую вспышку... Чуть-чуть
зеленого, просто чтобы напомнить ему, как выглядит этот цвет, просто,
чтобы глаз не отвык его различать, если ему еще хоть когда-нибудь
доведется увидеть зеленое...
Он оказался на небольшом островке джунглей (правда, земные мерки вряд
ли были применимы к Крюгеру-3). Таких островков здесь, вероятно, были
миллионы, так как Крюгер-3 больше Юпитера. Чтобы обследовать его
поверхность, не хватило бы целой жизни. Макгэрри это знал, но не давал
волю таким мыслям. Если бы он позволил себе усомниться в том, что он
найдет обломки единственного корабля, опускавшегося на эту планету, или
если бы он изверился в том, что найдет там приборы, без которых не может
привести в движение собственный космический корабль, ему пришлось бы
плохо.
Островок джунглей величиной с квадратную милю порос настолько густыми
зарослями, что сквозь них трудно было продираться, и Макгэрри несколько
раз останавливался вздремнуть и поесть. Он убил двух львов и одного тигра.
Выйдя из чащи, Макгэрри пошел но опушке, делая ножом отметины на самых
больших деревьях, чтобы второй раз не искать обломков в одном и том же
месте. Стволы были мягкие, лезвие легко, без труда счищало красную кору,
обнажая розовую древесину, словно срезало картофельную кожуру.
Макгэрри снова вышел на однообразную бурую равнину.
- На этот раз нет, Дороти, - произнес он. - Может быть, нам больше
повезет в других зарослях. Ну хоть бы вон в тех, на горизонте.
Фиолетовое небо, темно-красное солнце, бурая равнина, бурые кусты...
- Зеленые холмы Земли, Дороти! Они тебе наверняка понравятся...
Бурая, бескрайняя равнина...
Неизменное фиолетовое небо...
Но что это доносится оттуда, сверху? Какой-то звук?.. Не может быть,
здесь никогда такого не бывало. Он поднял глаза к небу и увидел...
Высоко-высоко в фиолетовом небе он увидел маленькую черную точку. Она
двигалась! Космический корабль! Это мог быть только космический корабль.
На Крюгере-3 не водятся птицы. Да у птиц и не бывает огненных хвостов...
Он знал, что должен делать: он уже тысячи раз прикидывал, как
сообщить о своем присутствии, если когда-нибудь появится корабль. Он
выхватил пистолет и выстрелил в небо. Вспышка получилась, конечно,
небольшая, но она была зеленая. Если пилот смотрел на планету, если он
хоть раз взглянул на нее, прежде чем улететь, - он должен был заметить
зеленую вспышку на планете, где нет ничего зеленого.
Он снова нажал на спуск.
И пилот увидел. Трижды выбросив струю пламени (это было общепринятым
ответом на сигнал тревоги), он начал заходить на посадку.
Макгэрри стоял весь дрожа. Он так долго ждал - и вот, наконец,
свершилось. Он положил руку себе ни плечо и дотронулся до маленького
существа с пятью конечностями, которое покоилось там, будто женская рука.
- Дороти, - прошептал он, - это...
Он больше не мог выговорить ни слова. Корабль садился. Макгэрри
бросил взгляд на свою одежду, и внезапно при мысли о том, каким он
предстанет перед своим спасителем, его охватило чувство стыда. Вся его
одежда состояла из пояса, на котором висели кобура, нож, кое-какие
инструменты. Он был грязен. Наверняка от него пахло. Под толстым слоем
грязи тело казалось истощенным и даже старым. Конечно, он поголодал, но,
попади он на Землю, хорошая земная пища изменила бы его до
неузнаваемости...
Земля! Зеленые холмы Земли!
Макгэрри побежал, спотыкаясь от нетерпения, туда, куда опускался
корабль; тот был уже очень низко, и Макгэрри смог разглядеть, что он
одноместный. В конце концов, это неважно: будет нужда, так в нем
поместятся и двое. По крайней мере Макгэрри попадет на ближайшую обитаемую
планету, а там другой корабль отвезет его на Землю. На Землю! К зеленым
холмам, зеленым полям, зеленым долинам...
Он то молился, то чертыхался на бегу, и по щекам у него струились
слезы.
Потом он ждал, пока дверца не открылась и оттуда не появился стройный
молодой человек в форме межзвездного инспектора.
- Ты возьмешь меня с собой?
- Конечно, - ответил молодой человек. - Ты здесь давно?
- Пять лет.
Макгэрри знал, что плачет, но ничего не мог поделать.
- Вот это да! - воскликнул пилот. - Я лейтенант Арчер из службы
инспекции, - представился он. - Конечно, я тебя возьму. Пусть только
немного остынет двигатель, а потом я его снова запущу. Я отвезу тебя в
Картадж, на Альдебаран-3, а оттуда ты полетишь куда захочешь. Не нужно ли
тебе чего-нибудь? Поесть? Попить?
Макгэрри молча покачал головой. У него подгибались колени. Есть,
пить... да какое это имеет значение?!
Зеленые холмы Земли! Он их еще увидит! Только это важно, и ничего
больше... Он ждал их так долго, и вот наконец свершилось! Внезапно
фиолетовое небо заплясало у него перед глазами и почернело. Макгэрри
рухнул вниз.
Очнувшись, он увидел, что лежит, а лейтенант подносит к его губам
фляжку. Он сделал большой глоток, жидкость обожгла горло. Он сел и
почувствовал себя лучше. Огляделся, удостоверился, что корабль никуда не
улетел, и у него стало удивительно хорошо на душе.
- Подождем, пока ты соберешься с силами, - сказал пилот. - Тронемся в
путь через полчаса, а через шесть часов будем в Картадже. Хочешь со мной
поговорить, пока ты тут приходишь в себя? Расскажи мне обо всем, что с
тобой случилось.
Они сели в тени бурых кустов, и Макгэрри рассказал Арчеру обо всем. О
вынужденной посадке, о разбившемся корабле, который он не мог подготовить
к запуску. О том, как он пять лет искал другой корабль - он же читал, что
на этой планете разбился корабль, на котором могли уцелеть приборы,
необходимые Макгэрри для взлета. О долгих поисках. И о Дороти,
приютившейся на его плече: теперь у него было с кем разговаривать.
Но когда рассказ Макгэрри уже подходил к концу, лейтенант Арчер
изменился в лице. Он стал еще более серьезным и участливым.
- Послушай, старина, - осторожно спросил он, - в каком году ты сюда
прилетел?
Макгэрри смекнул, куда тот клонит. Разве мог он точно измерить время
на этой планете без времен года, где вечный день, вечное лето?..
- В сорок втором, - ответил он. - Насколько же я ошибся, лейтенант?
Сколько мне лет на самом деле? Я-то считал - тридцать.
- Сейчас семьдесят второй год. Значит, ты провел здесь тридцать лет,
и теперь тебе пятьдесят пять. Но ты не огорчайся, - поспешил он добавить.
- Медицина у нас сделала большие успехи. Ты еще долго будешь жить.
- Пятьдесят пять, - тихо повторил Макгэрри. - Тридцать лет...
Лейтенант Арчер сочувственно взглянул на него:
- Послушай, хочешь, я скажу тебе все сразу? Остальные плохие вести?
Правда, я не психолог, но, мне кажется, лучше тебе узнать всю правду
сразу, не выжидая. Ведь тебе будет легче, раз уж ты отсюда уезжаешь. Ну
так как, будешь меня слушать, Макгэрри?
Ничто не могло быть хуже той вести, которую ему сейчас сообщили.
Конечно, он будет слушать, ведь скоро он вернется на Землю, на зеленую
Землю. Он снова окинул взглядом фиолетовое небо, темно-красное солнце,
бурую равнину и спокойно ответил:
- Давай, лейтенант. Выкладывай.
- Ты молодцом продержался здесь тридцать лет, Макгэрри. Поблагодари
судьбу за то, что верил, будто корабль Марлея опустился на Крюгере-3. На
самом деле он разбился о поверхность Крюгера-4. Тебе бы никогда не найти
его здесь. Но, как ты правильно заметил, эти поиски помогли тебе сохранить
здравый рассудок... почти здравый.
Он помолчал с минуту и затем продолжал еще мягче:
- На плече у тебя никого нет, Макгэрри. Дороти создана твоим
воображением. Впрочем, это неважно: призрак помог тебе выстоять.
Медленно, очень медленно Макгэрри протянул руку к левому плечу.
Коснулся его. На нем никого не было.
- Пойми старина, уже одно то, что ты не сошел с ума, - поистине чудо.
Тридцать лет одиночества! Но если теперь, когда я тебе все рассказал, ты
будешь по-прежнему верить в свою фантазию, психиатры в Картадже или на
Марсе помогут тебе избавиться от нее в один момент.
- Все кончено, - мрачно произнес Макгэрри. - Дороти больше нет. Я...
теперь я даже не знаю, лейтенант, верил ли я когда-нибудь в существование
Дороти. Я ее выдумал, чтобы мне было с кем разговаривать. Вот потому-то я
и не сошел с ума. Мне казалось... мне казалось, будто у меня на плече -
нежная рука. Я об этом говорил?
- Да, говорил. Хочешь узнать остальное?
- Остальное? - воззрился на него Макгэрри. - Мне пятьдесят пять лет.
Тридцать из них я потратил на поиски корабля, найти который я и не мог,
потому что он упал на другой планете. Все эти годы я был сам не свой. Но
велика важность, раз я могу опять полететь на Землю!
Лейтенант Арчер покачал головой:
- Только не на Землю, старина. Если хочешь, на Марс, к прекрасным
желтым холмам Марса. Или, если ты хорошо переносишь зной, на фиолетовую
Венеру. Но не на Землю. Там сейчас никто не живет.
- На Земле... Никто?..
- Да... Космическая катастрофа. К счастью, мы сумели вовремя ее
предугадать. Мы переселились на Марс: сейчас там четыре миллиарда землян.
- Земли больше нет, - без всякого выражения произнес Макгэрри.
- Да, старина. Но Марс - совсем неплохая планета. Привыкнешь...
Конечно, тебе будет не хватать зелени...
- Земли больше нет, - опять без всякого выражения повторил Макгэрри.
- Я рад, что ты принял это спокойно, старина, - сказал Арчер. -
Все-таки удар. Но, кажется, мы уже можем лететь. Пойду проверю приборы.
Он встал и направился к маленькому кораблю.
Макгэрри достал пистолет. Выстрел - и лейтенант Арчер исчез. Потом
Макгэрри поднялся на ноги и пошел к ракете. Прицелился, выстрелил - и
часть ракеты исчезла. После шести выстрелов с ракетой все было кончено.
Атомы, из которых раньше состоял лейтенант Арчер, и атомы, которые еще
недавно были ракетой, кружились в воздухе, остались здесь же, но были уже
невидимы.
Засунув пистолет в кобуру, Макгэрри двинулся в путь - к красному
пятну зарослей там, на горизонте.
Он дотронулся рукой до плеча: на нем снова сидела Дороти, как и все
те четыре или пять лет, что он провел на Крюгере-3.
Он опять почувствовал, будто у него на плече лежит мягкая женская
рука.
- Не печалься, Дороти, - произнес он. - Мы наверняка ее найдем. Может
быть, она упала вон в тех зарослях. А когда мы ее найдем...
Перед ним уже стеной стояли джунгли, красные джунгли. Оттуда выскочил
тигр, кинулся на него. Розовато-лиловый, шестилапый, с огромной, как
бочка, головой. Макгэрри прицелился, нажал на спуск. Увидел ослепительно
зеленую вспышку. Один только миг, но какой прекрасный миг!.. Тигр исчез
бесследно.
Макгэрри удовлетворенно хмыкнул:
- Ты видела, Дороти? Она была зеленая, а этого цвета нет ни на одной
планете, кроме той, на которую мы полетим. Зеленый цвет - самый чудесный
цвет во всей Вселенной! Я знаю зеленую планету, она прекраснее всего на
свете. Это моя родина, Дороти. Она тебе наверняка понравится.
- Конечно, Мак, - ответила Дороти.
Низкий, гортанный голос маленького создания был ему очень знаком. Он
не удивился, когда она ответила: она всегда ему отвечала. Он знал голос
Дороти не хуже своего собственного. Макгэрри дотронулся рукой до
маленького существа, сидевшего на голом плече. Словно его касалась мягкая
женская рука.
Он оглянулся, окинул взглядом бурую равнину, усеянную бурыми кустами,
фиолетовое небо, на котором пылало темно-красное солнце. И засмеялся. Это
был не смех сумасшедшего, а мягкий, снисходительный смешок. Так ли уж
важно все это? Ведь скоро он найдет корабль, снимет с него приборы,
необходимые ему для ремонта, и тогда вернется на Землю.
К зеленым холмам, зеленым полям, зеленым долинам...
Он снова погладил руку, лежавшую у него на плече, и огляделся. С
пистолетом в руке он вошел в красные джунгли.
+========================================================================+
I Этот текст сделан Harry Fantasyst SF&F OCR Laboratory I
I в рамках некоммерческого проекта "Сам-себе Гутенберг-2" I
Г------------------------------------------------------------------------
I Если вы обнаружите ошибку в тексте, пришлите его фрагмент I
I (указав номер строки) netmail'ом: Fido 2:463/2.5 Igor Zagumennov I
+========================================================================+
Популярность: 5, Last-modified: Tue, 13 Mar 2001 19:55:22 GmT